Актер другой эпохи. Алексей Баталов прожил жизнь в искусстве вне суеты

Алексей Баталов не нуждается в представлении и пере­числении титулов. «Своим присутствием в кино он делал искусство богаче», — сказал о нём один из именитых режиссёров.

Сорок лет Баталов преподавал, был худруком актёрского факультета. Лишь однажды 1 сентября сообщил, что болен и не сможет прийти напутствовать молодняк. Но без него торжество не начинали. Артиста ждали, и он всё-таки приехал. Нынешнее 1 сентября впервые пройдёт без Баталова.

Уходящая натура

Про таких говорят — «порода, кровь, корни». Всё это было у Баталова, потому он был так органичен и в роли чеховского Гурова в «Даме с собачкой», и толстовского Феди Протасова в «Живом трупе», и князя Трубецкого в «Звезде пленительного счастья» («Никаких проб — только Баталов!» — говорил режиссёр этого фильма Владимир М­отыль).

Баталов буквально вырос в театре, во МХАТе. Жил с мамой, мхатовской актрисой Ниной Ольшевской, во дворе театра — в бывшей дворницкой. Лет до пяти двор с мхатовскими кошками был его единственным миром. Там бродили, курили, разговаривали персонажи в гриме и костюмах, там носили туда-сюда декорации. Там играли мама, отец под фамилией Аталов (чтобы не соперничать с братом, знаменитым белозубым красавцем Н­иколаем Баталовым), дядя Виктор Станицын. А всего у него 9 родственников были мхатовцами! 

Когда родители расстались, Алёша с матерью переехали на Большую Ордынку, в Замоскворечье. Не отсюда ли его особый выговор, чуть с оттяжечкой, акающий? Писательский дом, отчим Виктор Ардов, дача на Клязьме в писательском посёлке… Счастливое детство, где гостями дома были великие мхатовцы, Пастернак, ЗощенкоАхматова жила в комнатке Алексея, когда приезжала в Москву. Он шутил, что видел её чаще, чем бабушку, даже написал её портрет. Она дала ему денег на первую в жизни машину. 

Конечно, путь ему был прямой — в артисты. И диплом ему подписала в Школе-студии МХАТ сама Ольга Книппер-Чехова. Все мы «родом из детства», и огромную роль в жизни Алексея Владимировича сыграло именно такое детство — одухотворённое, наполненное любовью. Отчима-писателя Алексей сразу принял, называл Виктором, двое его сводных братьев стали родными «по духу». Женился по юношеской влюблённости (по дружбе?), тайком, в 16 лет. То была самая юная пара в ЗАГСе. «Алёша + Ира = любовь» — была надпись на кольце, одном на двоих. Ирина Ротова (её уже нет в живых) — подруга детства, соседка по даче, дочь художника Константина Ротова — родила в их полудетском браке дочь Надежду. Тесть учил способного зятя живописи (учился он и у самого Фалька) и с него придумал образ дяди Стёпы для иллюстраций к михалковским стихам — у Баталова и размер обуви был «дяди-Стёпин», 45-й.

Говорят — «удачник», поцелованный Богом. Да, ему не пришлось ничего завоёвывать, добиваться. С театром, впрочем, особо не сложилось. Зато рано Баталова приняло кино, и пошли роли, принёсшие ему славу и любовь миллионов зрителей. «Дело Румянцева» (вот где для роли Саши-водителя пригодились его профессиональные права и страсть к автомобилям), «Дорогой мой человек», «Большая семья», «Девять дней одного года», «Дама с собачкой», великие «Летят журавли». А позже — «Бег», «Звезда пленительного счасть­я» и, конечно, «он же Гога, он же Гоша» из оскароносного «Москва слезам не верит». 


От декабриста Трубецкого до слесаря Гоши: 10 незабываемых ролей Баталова

«А бабы по нём сохнут!»

Редкая зрительница в СССР не грезила о таком вот Гоше, Георгии Ивановиче — надёжном, мужественном, добром, юморном (как бы теперь сказали — «прикольном»). Но до этого разве не мечтали о Володе Устименко, Мите Гусеве — других его героях? И редкий зритель не хотел стать таким же, как они. Аристократ по воспитанию, Баталов часто играл работяг, тружеников — но не «воплощал образ», а был им. Артист, которого не назовёшь «секс-символом» по нынешней моде, стал лицом эпохи в кинематографе, настоящим кумиром для нескольких поколений, а не «факиром на час». И, как тонко пошутила героиня Мордюковой в «Родне»: «Вон Баталов без усов, а бабы по нём сохнут!»

Баталовский Гоша говорил: «Уж очень я какой-то идеальный получился». Сказано будто про самого артиста. Кстати, эту роль, ставшую культовой, актёр считал вполне обычной, чуть ли не случайной — ну, сыграл и сыграл. А по поводу «идеала»… Вообще Баталов и самомнение, самовлюблённость, пресловутая звёздность со всеми её пороками, эти частые спутники актёрства, — вещи несовместимые. Все, кто знал Алексея Владимировича, работал с ним, учился у него, отмечали его необычайную скромность. 

Сам он признавался, что и с девушками был застенчив с юности — стеснялся и простой одежды, и отсутствия под башмаками носков (ноги чернил ваксой, чтобы скрыть это). Первый юношеский брак распался. Второй, длившийся полвека, с Гитаной Леонтенко — красавицей-циркачкой, полуцыганской крови — стал счастливым. Она исполняла на манеже уникальный трюк — запрыгивала на скачущую лощадь. Он, сняв в качестве одного из двух режиссёров «Три толстяка» по сказке Юрия Олеши (тоже друга дома из своего детства), сам ходил по проволоке в роли канатоходца Тибула. Сошлись два характера, две сильные, одарённые натуры.


Алексей Баталов: «Мне совестно сниматься абы как»

Подлецов не играл

По поводу своего «идеального» образа он отшучивался: «Я же артист. Делаю вид». И супруга шутила: мол, прожили они так долго, потому что муж постоянно отсутствовал — то съёмки, то студенты, то любимый автомобиль время отнимал! Счастье в браке — и самая большая в жизни беда: родившаяся у них с Гитаной дочь Маша — инвалид с детства. Талант­ливый, творческий, красивый человек в инвалидном кресле… Баталов никогда много не говорил об этом. Да и вообще не любил давать интервью. Можно сказать, что он остался в другой эпохе, с этой своей «глубиной устройства хорошего русского человека», по выражению С­ергея Соловьёва. 

«Я работал артистом», — говорил он о себе в прошедшем времени, когда в 90-е перестал сниматься в кино. Но добавлял при этом: «А где я мог бы сняться и не снялся, назовите?» Столь долгое отсутствие актёра такого уровня в нашем кино — это своего рода диагноз кинематографу. Баталов — и не востребован? А­бсурд! Но так было. Он как будто специально создан для ролей «положительных героев» — и не сыграл в своей жизни ни одного злодея, подлеца. Наверное, если бы довелось, ему бы всё равно — единственный раз! — не поверили. И его Гуров, и Федя Протасов, каждый из них — «плохой хороший человек», и потому они так убедительны. К великому сожалению, Баталов мало сыграл в классике — а кажется, сколько великих персонажей из Чехова, Пушкина, Гоголя, Островского, Шекспира ждали именно его актёрской и человеческой природы! 

Cам актёр, наверное, мог бы сказать, как его Гоша: «Я предпочитаю делать в своей жизни то, что я люблю. А не то, что модно, престижно или положено». Трудно найти артиста такой «звёздности», прожившего жизнь в искусстве вне суеты, «светскости», сплетен, легенд и мифов. Без страховки. Честно и прямо. Светские сплетни, тусовки, пиар, халтура — всего этого в его жизни не было да и быть не могло.  

Похоронили артиста на Прео­браженском кладбище, рядом с матерью — он сам так хотел. Перед кончиной он принял причастие по-христиански. Его уход зрителями был принят как-то особенно близко к сердцу. И слёзы многолюдной очереди к Дому кино — те, которым Москва как раз верит. 
Да и не только Москва — вся Россия.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *