«Шутил редко. Но зло». Трагичная жизнь великого комика Ильи Ильфа

Иехиель-Лейб закончил ремесленное училище, воевал на Первой мировой, а потом в соавторстве с Петровым написал гениальные произведения под псевдонимом, составленным из своих инициалов.

Знаменитый писатель Илья Ильф (его настоящее имя — Иехиель-Лейб Файнзильберг) родился 15 октября 1897 года в Одессе в многодетной семье не самого преуспевающего банковского служащего. Позже Ильф напишет о своей семье: «Я родился в бедной еврейской семье и учился на медные деньги».

Токарь с Чеховым под мышкой

В детстве и юности будущий публицист учился в «Школе ремесленных учеников»: отец, который едва мог обеспечить семью, настоял на том, чтобы его сыновья получили практические профессии. Двое старших братьев окончили коммерческое училище (что не помешало обоим стать не бухгалтерами, как мечтал отец, а художниками), а Илью определили в ремесленное. Но под партой парень втайне читал Киплинга и Чехова. В 1913 году Иехиль получил диплом подмастерья и пошёл работать токарем, потом — статистиком и телефонным мастером. А много позже творчество и талант всё равно возьмут своё.

Интересно, что псевдоним свой Ильф придумал за много лет до написания знаменитых романов «Двенадцать стульев» и «Золотой телёнок». Писатель Юрий Олеша в своих воспоминаниях о знаменитых современниках писал: «Это эксцентрическое слово получалось из комбинации начальных букв его имени и фамилии. При своем возникновении оно всех рассмешило. И самого Ильфа. Он относился к себе иронически… В этом было много добродушия и любви к жизни. К несерьёзному делу он относился с большой серьёзностью, и тут проявлялось мальчишество, говорившее о хорошей душе». Кстати, и старшие братья Ильи взяли себе псевдонимы: Сандро Фазини и Ми-Фа.


Атеист, турецкоподданный, еврей. Илья Ильф и сам был «великим комбинатором»

«Я знал голод»

После возвращения с Первой мировой войны, о которой Ильф вспоминал крайне неохотно, начались первые литературные опыты писателя. Его рассказы публикуются в журналах. Постепенно к нему приходит известность, а вот достатка долгие годы в жизни не было. В одном из писем Ильф писал: «Я знал голод. Очень унизительный — мне всегда хотелось есть… И я ел хлеб, утыканный соломой, и отчаянно хотел еще. Но я притворялся, что мне хорошо, что я сыт. По своей природе я, как видно, замкнут и отчаянно уверял, что я не голоден, в то время как ясно было заметно противоположное». А вот как описывают Ильфа знаменитые коллеги. Драматург Виктор Ардов писал: «Он умел и любил слушать… В споре Ильф был непобедим. Тремя репликами, сделанными с ходу так, словно они сочинялись для собрания афоризмов, Ильф убивал оппонента». Писатель и драматург, тоже одессит Лев Славин характеризовал Ильфа как «замкнутого и вместе общительного, жизнерадостного, но и грустного в самой своей веселости». Писатель и поэт Илья Эренбург говорил, что Ильф «…шутил редко, но зло, и, как многие писатели, смешившие миллионы людей, — от Гоголя до Зощенко — был скорее печальным».

После революции литературное движение в Одессе начало затихать, что крайне опечаливало Ильфа, который был полон сил и вдохновения писать. Вдобавок умерла мать, серьёзно заболел отец, один из братьев эмигрировал во Францию. Ильф писал в тот период: «Я грустен, как лошадь, которая по ошибке съела грамм кокаина». Но дальше в его жизнь пришла любовь всей жизни: он познакомился с художницей Марией Тарасенко. Целыми днями напролёт они разговаривали, Ильф читал ей стихи, а ночами писал длиннющие письма, чтобы с утра вручить своей возлюбленной. В 1923 году мечтавший жениться на Марии Ильф решился уехать в Москву, чтобы заработать хоть немного денег для обеспечения семьи. «Что мне Москва? Это ничего, это только, чтобы заслужить тебя. Только», — признавался Марии Илья Ильф. «Милая моя девочка, разве Вы не знаете, что вся огромная Москва и вся её тысяча площадей и башен — меньше Вас. Всё это и всё остальное — меньше Вас». Мария хранила эти письма всю жизнь, эту любовную переписку через 25 лет после смерти матери нашла дочь Ильфов Александра. Александра Ильинична, отдав их в печать, объяснила это тем, что хотела бы показать отца как человека тонкого: «Все привыкли думать об Ильфе как о сатирике, „родившемся с мечом в руке“. Письма рождают образ нежного, ранимого, даже робкого человека. Он так трепещет за свою любовь, так не уверен в ответном чувстве, что поневоле возникает тревога: чем же закончится их роман?.. Его письма — любовь в чистом виде».


Петров без Ильфа. Автор «12 стульев» служил в уголовном розыске

Поездка в Америку стала смертельной

Ильфу в Москве повезло: удалось устроиться в газету «Гудок» и получить комнату в общежитии совместно с Юрием Олешей. А в 1924 году мечта Ильфа сбудется: к нему в Москву приедет Мария и, наконец, они станут мужем и женой. Сказать, что жили они бедно, — это ничего не сказать. В своих воспоминаниях дочь Ильфов Александра Ильинична напишет: «У Ильфа и Олеши на двоих была одна пара приличных брюк. Несмотря на разные фигуры (длинный, тонкий Ильф и невысокий, коренастый Олеша), они как-то умудрялись надевать их. Однажды молодые люди решили навести в квартире порядок и даже натереть пол. Выяснилось, что нет суконки. Мама сказала: „Оля, там за дверью висят какие-то тряпки, возьмём их!“. И пол был натёрт. Стоит ли говорить, что он был натёрт теми самыми брюками».

Но вскоре состоится знаменательная творческая встреча. В редакцию газеты «Гудок» в 1926 году пришёл Евгений Петров: это был тоже псевдоним молодого публициста, не желавшего пользоваться славой своего родного брата, известного писателя Валентина Катаева. Кстати, именно Катаев подал Ильфу и Петрову мысль писать вдвоём и даже озвучил идею для первого сатирического произведения: «Представьте себе, в одном из стульев запрятаны деньги. Их надо найти. Чем не авантюрный роман». Позже авторы «12 стульев» напишут о начальном рабочем периоде: «Надо думать, Гонкурам было легче. Всё-таки они были братья. А мы даже не родственники. И даже не однолетки. И даже различных национальностей: в то время как один русский (загадочная славянская душа), другой еврей (загадочная еврейская душа)… Один — здоров, другой — болен. Больной выздоровел, здоровый ушел в театр».

Роман «12 стульев» принёс Ильфу и Петрову славу, дальше они напишут несколько повестей и рассказов вместе и следующее звёздное произведение: «Золотой телёнок». Через несколько лет Ильфа и Петрова газета «Правда», где они оба трудились, направит в Соединённые Штаты Америки. Так появится знаменитая «Одноэтажная Америка». К сожалению, долгое путешествие на открытом автомобиле по Америке было изматывающим для Ильфа и спровоцировало обострение застарелого туберкулёза. Но даже смертельный недуг служил поводом для шутки. Незадолго до смерти он, держа в руках бокал шампанского, заметил: «Шампанское марки „Ich sterbe“, что значит на немецком „Я умираю“». Ильф процитировал последние слова Антона Чехова, который тоже скончался от туберкулёза. Но в личной записной книжке Ильф напишет: «Такой грозный ледяной весенний вечер, что холодно и страшно делается на душе. Ужасно, как мне не повезло».

Знаменитый писатель умер в 1937 году, его похоронили на Новодевичьем кладбище в Москве. Когда гроб опускали в яму, Петров сказал: «Я присутствую на собственных похоронах…» Жена Ильфа Мария Николаевна пережила любимого супруга на 44 года. Она больше не вышла замуж и редко выходила из дома, перечитывала в своей комнате переписку с мужем. Когда Марии Ильф не стало, дочь Александра нашла письма матери, которые она написала Илье Ильфу уже после его смерти. «Вот снова прошло много времени, и я читаю. Часто нельзя — разорвётся сердце. Я старая, и вновь я та, что была, и мы любим друг друга, и я плачу. Мне очень скучно без него, с тех пор как его нет. Я читаю его письма и плачу, что же я не убила себя, потеряв его — свою душу, потому что он был душой моей. Никто никогда не мог сравниться с ним. Голубчик, голубчик мой единственный любимый. Тоска, такая тоска. Вся моя прожитая жизнь здесь, до последнего его дня. Прощай, Иля. Мы скоро увидимся».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *